Статья

Процесс-ориентированная скульптура

Нестор Энгельке с бревном на «Порнофактуре» © aroundart

История

Пример творчества художника и архитектора из Санкт-Петербурга Нестора Энгельке относится к логике процесс-ориентированной скульптуры, которая сформировалась в 1960-е годы. Такая скульптура существует во времени, раскрывает подвижность и пластичность материала, высвобождает стихию. Процесс-арт, как сформулировал концептуальный писатель, художник и скульптор Роберт Моррис, экспериментирует с нестандартными художественными средствами. Вода, лед, жир, трава, воск — дерево, и до бесконечности.

Новый язык материала выводил Йозеф Бойс, немецкий художник-постмодернист, когда покрывал бараньим жиром стул, обмазывал голову медом — и объяснял мертвому зайцу смысл своих картин, обращаясь к потустороннему миру. По личной мифологии Бойса, с помощью жира и войлока кочевые татары залечили его раны, накормили медом. Впоследствии через эти материалы художник «настраивал» магический, близкий к шаманскому контакт с природной стихией.

Вот что говорил Бойс о дереве, когда пояснял свою акцию «7000 дубов» в беседе с Ричардом Демарко:

«

Я думаю, что дерево – это элемент возрождения, который сам по себе является концепцией времени». На улицу свалили 7000 базальтовых блоков: столько планировалось высадить дубов — дорога от Касселя до России. «Он [дуб] всегда был формой скульптуры, символом этой планеты со времен друидов, которых называют в честь дуба

»

Нестор Энгельке «Человек-топор»

Нестор Энгельке (р.1983) — художник, скульптор, архитектор, живет и работает в Санкт-Петербурге. Сооснователь и постоянный участник петербургской арт-группы «Север-7», окончил архитектурный факультет института им.Репина. Как говорится в общедоступной информации в сети: приоритет группы в исследовании национального контекста, но свободного от институций.

not loaded

Нестор Энгельке. Деревянный скейтборд. 2019 © Фото Регина Рафикова

В процессуальной скульптуре важен перформативный подход, в случае с Энгельке — это взмах топора, освобождение «силы» древесного материала. Дерево, с которым работает Нестор, ворвалось в искусство шестидесятых и получило статус нового материала, в том числе и за счет своей непредсказуемости в поведении.

Именно стихийность дерева в обработке отсылает к “топорности”, бунту и сопротивлению руке скульптора. 

«Натюрморт — извечный жанр в искусстве, который давно пора изрубить в щепки. Что и было, собственно, совершено», — говорит Энгельке о своем «Деревянном натюрморте». Сам Нестор называет себя изобретателем «древописи» и «топорописи».

not loaded

Нестор Энгельке. Деревянный натюрморт. 2019 © VLADEY

«И теперь можно смотреть сквозь дыры «мертвой природы» в бесконечную пустоту реальности или, наоборот, смотреть на топорный экспрессионизм щепок, которые при прикосновении превращаются в занозы в пальцах», — заключает Энгельке.

В галерее оказываешься в панельном деревянном микрорайоне: если художник и высмеивает конструктивизм с его верой в «рациональную» архитектуру, то беззлобно и даже ласково. Он сталкивает национальные, в большей степени мифологические, фольклорные ассоциации — лес, деревню — с панельным микрорайоном.

not loaded

Нестор Энгельке. Деревянные дома. 2019 © Фото Регина Рафикова

Сама отсылка типична: так, Андрей Сяйлев создает настольную интерьерную скульптуру «Панельный дом», которая напоминает не то кирпич, не то пакет молока из «Ашана» — и это буквально «мемная» работа в отношении общего контекста (неудивительно, что тиражная). Как и тема «панелек»: попсовая пародия на «конструкции» и «деконструкции», кирпичики социализма.

not loaded

Андрей Сяйлев. Панельный дом. 2019 © Фото Регина Рафикова

Параллели 1

Энгельке ищет в деревянных звездных дырах утопический идеал, что можно считать очередной репликой в диалоге — с космизмом, который в последнее время активно ведется в художественной среде. В 2016 году в МАММ открылась выставка «Русский космос» под кураторством Ольги Свибловой: по этому поводу критик Марина Симакова написала аналитическую статью «Безопасный космизм».

В 1980-х годах, в период усталости от официальных политических космических программ, космизм становится идеей свободы, эскапизма. Пародируется позитивистская и, в сущности, исходная для космизма вера в познаваемость Вселенной, в универсальные законы, бессмертие, которые через научное — и технологическое развитие следует воплотить в жизнь.

Сергей Шутов. Луна. Луна. 1996 © shutovart.ru

Симакова вспоминает проекты Сергея Шутова: «Луна. Луна» (1996) — «аналоговые фотографии собственных картин с изображенными на них лунами-планетами», личный, насмешливо-иррациональный космос художника.

Сергей Шутов. Аpokatastasis Now. 2006 © shutovart.ru

Деревянные ракеты Шутова с «великими именами» русской культуры в Аpokatastasis Now (2006) – прямой ответ «наследию Федорова и Циолковского», как замечает критик.

В свою очередь, Энгельке конструирует деревянную трубу с воткнутыми ветками и подчеркнуто бесполезные, эстетичные, сентиментальные «карты» звездного неба.

Бюро, где Нестор разрабатывает утопические архитектурные проекты.

Параллели 2

Стеб, перформативное заигрывание с «топорным» национальным контекстом избушек, а на заднем фоне — леший или просто странник, очередное альтер-эго автора. Эти образы — конструирование «протоживописных», как их называет сам Энгельке, работ, которые высекали на стенах пещеры, деревянных дощечках.

«Протоживописные» и «протоскульптурные» формы, линия «деревянной сакральной архитектуры», легенда о Несторе, который построил Кижи без единого гвоздя и, завершив работу, бросил топор в озеро — так сам Энгельке описывает свой «опорный» контекст. 

По схожему принципу построены работы Стефана Балкенхола, продолжателя «европейской традиции деревянной скульптуры».

Цельный кусок древесины, традиционная грубая техника — вспоминаются идолы пермской скульптуры, но образы — подчеркнуто обыденные, прозаические до однозначности. Заявляющие об отстраненности современного человека и контекста, в котором он живет.

not loaded

Стефан Балкенхол. Мужчина в белой рубашке и черных брюках. 2015 © MMOMA

К слову, среди работ конца 1940-1950-х годов Йозефа Бойса живут рисунки с лосями, зайцами, овцами, напоминающие наскальные рисунки.

not loaded

Йозеф Бойс. Акварельный олень © icollector.com

Параллели 3

Самый наглядный перформанс на выставке «Тайны звездного неба» устраивают «коряжки-вставашки» — воплощение процессуальной скульптуры. Так, ветки, казавшиеся мертвыми, стройно вскакивают — и с грохотом воскресают, стоит только дернуть за нитки и «корни» под столом.

С их непосредственной статикой и динамикой в режиме реального времени будто спорят видеозаписи, на которых записано и зациклено случившееся однажды движение.

Автор: Регина Рафикова